Как там во Франции? Наш корреспондент в Париже расспрашивает местных студентов-технарей

BIS Journal №2(37)/2020

17 мая, 2020

Как там во Франции? Наш корреспондент в Париже расспрашивает местных студентов-технарей

Как там, во Франции? Как дела с техническим образованием? Сложно ли учиться по программе двойных дипломов? Почему у нас студенты не успевают работать и учиться одновременно, а во Франции без проблем?

Интервью сделаны до карантина. На момент выхода номера все школы и университеты во Франции закрыты, обучение и экзамены проводятся дистанционно.

 

На один семестр я сама стала иностранным студентом и, конечно, воспользовалась возможностью порасспросить зарубежных «коллег». Но сначала поделюсь собственными открытиями:  

  • Учебных пар тут меньше, чем в России, а сообществ по интересам больше.
  • Выходные — реально для отдыха, а не для учёбы (шок!).
  • Работодатели берут студентов на работу на один (один!) день в неделю и даже платят им за это.
  • После окончания лицея (т.е. школьной программы) можно получить приличную высокооплачиваемую работу.

 

Хаким, 25 лет, Алжир-Париж

 

Я приехал в Париж из Алжира пару лет назад. Чтобы вы лучше понимали, как я учусь, нужно ввести вас в курс дела. Как строится техническое образование во Франции?

Вузовская система предполагает окончание школы, затем лицея – это среднее образование. Дальше встаёт выбор, куда поступать: в государственный университет или Инженерную школу – École d'ingénieurs.

В общей сложности и там, и там получение полноценного диплома занимает пять лет. В университете это Licence (бакалавриат) и магистратура. В Инженерной школе придётся два года отмучатся на подготовительных курсах и потом три года учёбы. В Алжире я окончил Ecoled’Engineers, а здесь пришлось поступать в магистратуру. Но не беда: я учусь по программе alternance, которая позволяет все учебные часы уместить в три дня на неделе, а два дня я работаю инженером в компании Red Fabric. С жильём трудно: недавно у меня закончился контракт на аренду квартиры и теперь живу в colocation со знакомыми из Алжира – стараемся помогать друг другу, выручать в сложных ситуациях.

 

Давид и Мишель, 21 год, Мехико-Париж

 

Давид: Учился я в Испании во французской школе, и первые три года бакалавриата провёл там же, в Университете Бургоса. Потом перепоступил в Бордо, изучал прикладную математику и информатику в когнитивных науках, а в магистратуру поступил в Сорбонну VI. Вот, что думаю: в Испании требуют больше фактических знаний. Шаг влево, шаг вправо – и ты провалил экзамен.. А здесь, во Франции, больше свободы, творчества. Иногда я подрабатываю репетитором: даю курсы по математике и статистике. Прошедший год был счастливым: ездил к другу в Мексику и встретил там Мишель. В Париж вернулся с ней.

Мишель: Да, правда, когда Давиду нужно было уезжать, я сделала визу vacances-travail на 1 год. Она позволяет непрерывно пребывать во Франции, а также даёт разрешение на работу. Сейчас работаю официанткой в ресторане рядом с Триумфальной аркой, 35 часов в неделю. Всё хорошо, только далеко от квартирки. Сегодня иду на собеседование на другую работу – хочу, чтобы оставалось время и на друзей, и на изучение языка.

 

Вячеслав, 25 лет, Екатеринбург-Париж

 

В восьмом классе я переехал из Екатеринбурга во Францию, родителям предложили работу. Окончил здесь колледж и лицей по специальности физика и математика. Базовых знаний с восьмого класса мне хватило до самого поступления в Инженерную школу EFREI.

С пропусками занятий здесь жёстко: за весь семестр можно безнаказанно прогулять не больше десяти дней. Расписание состоит из лекций и пары практических работ в неделю, каждый день с 8 до 18.  Расписание на официальном сайте школы выложено на весь год, но оно часто меняется: занятия то добавляются, то отменяются. На следующем курсе хочу выбрать специальность по кибербезопасности. Считаю, что на этом строится современное общество. Например, в прошлом году хакеры устроили атаку на госпиталь в Сан-Франциско, пришлось экстренно перевозить 3 тысячи пациентов. Таким образом, кибербезопасность полезна не только для защиты данных, но и для защиты жизни людей. На распределение по специальности – конкурс, пока что записаны 42 человека. Очень важно, что у нас будет возможность работать. Вакансию нужно искать самому, но учебный отдел помогает. К примеру, я могу взять стажировку в таких компаниях, как Airbus или Carrefour.

 

Дмитрий, 25 лет, Санкт-Петербург-Тулуза

 

Я учусь по программе двойных дипломов в ЛЭТИ и лаборатории IRIT в Тулузе. Какой-то специальной программы нет, потому и экзаменов никаких не было, отбора тоже. Дальше мы оформляли «соглашение о совместном руководстве» и согласовывали его содержимое между сторонами. Есть проблема: наши руководители владеют английским, а мы не владеем французским, поэтому наше общение происходит на английском. Защита, в соответствии с соглашением, будет тоже на английском. Однако подавляющее большинство людей из администрации или не говорит, или не хочет говорить на английском…

По сути я тут работаю над темой своей аспирантской, просто под руководством иностранных профессоров. В Европе не понимают, кто такой к.т.н. и д.т.н., зато они знают, кто такой PhD. Если вдруг станет интересно продолжить научную карьеру в Европе – без PhD [1] будет трудно. Так что для меня это скорее способ предоставить себе такую возможность, если она понадобится.

О местном бюрократизме: обычно люди не очень понимают кто и за что отвечает, потому приходится вместе с ними это выяснять и находить решение. При этом есть закономерность: молодые сотрудники обычно очень стараются и хотят помочь, даже если не всегда могут, в то время как более старшие сотрудники предпочитают ругань. Если говорить об особенностях бюрократии в России, то она становится реально сложной и напряжённой только в больших организациях (тот же ИТМО).  Здесь у меня уже не раз были ситуации, когда для решения одного вопроса меня перенаправляли из отдела в отдел, чтобы на пересылке, скажем, пятой понять, что круг замкнулся, а вопрос так и не был решён. У нас даже была ситуация, когда документы пропали по пути из отдела в отдел…

Всё делается очень медленно: когда мы приехали, нам понадобился месяц, чтобы оформить нас в университете; 2 недели, чтобы оформить нас после этого в аспирантуре, и 2 дня после этого, чтобы оформить нас в лаборатории и активировать пропуска. Но что точно общее между нашими странами – решение вопросов удалённо довольно проблематично. Как правило, быстрее и эффективнее всё решается на месте.

Какого-то принципиального расписания у нас нет. Нам выделили кабинет в лаборатории IRIT. Сотрудники IRIT, как правило, его для аспирантов и используют. Ну или просто пьют в нём кофе (раньше здесь стояла кофемашина).

Встречи с руководителями назначаем по инициативе одной из сторон (или мы хотим что-то обсудить и пишем, или они хотят – соответственно пишут они). В среднем один раз в неделю. Вместе смотрим результаты работы, думаем, что делать дальше, планируем. Обычный научный процесс, периодически разбавляемый бюрократией – часто приходится просить человека, владеющего французским, нас сопроводить. Обязательных занятий у нас нет, хотя когда-то шла речь о возможных курсах французского языка. Для сравнения, в России у нас есть пары – как только решили сделать аспирантуру очередным этапом образования, ввели ряд обязательных к посещению занятий с экзаменами и зачётами.

Классный плюс: всегда можно договориться и отсутствовать пару будних дней, чтобы куда-нибудь съездить в путешествие, главное – заранее предупредить. Кстати, про путешествия, отсюда очень дёшево ездить по Европе, грех не воспользоваться такой возможностью. Также мы продолжаем активно работать с лабораторией в РФ: чтобы получать зарплату, учиться в ИТМО, получать стипендию и т.д. Правда, есть такой момент: наше отсутствие в течении года в России – не повод для автозачета занятий в ИТМО, поэтому нам необходимо продолжать обучение удалённо. Сам формат удалённого обучения никак не регламентирован и по сути заключается в том, что каждый лично пишет своим преподавателям и лично с ними договаривается.

 

Максим, 25 лет, Санкт-Петербург-Тулуза

 

Я учился в ЛЭТИ по специальности информационная безопасность и после поступил в аспирантуру ИТМО. Выбрать профессию было просто – она должна была быть связана с IT, нужно было лишь выбрать область. Выбирал между обычным программированием и информационной безопасностью. Перед поступлением я просто промониторил уровень зарплаты в разных областях и выбор был очевиден. Кроме того, чтобы стать программистом, не обязательно идти в университет, ведь очень многие получают образование на онлайн-курсах или путём самообучения по паре книг – часто для начала этого хватает. А вот получить хотя бы минимальный багаж знаний по безопасности самому не получится. Как оказалось, я попал куда надо – рынок безопасности растёт очень быстро, а специалистов не хватает. Я уверен, это только начало тенденции и российской, и мировой. Преимуществ в двойном дипломе с точки зрения приобретённых знаний не много. Если найти хорошего научного руководителя и работать именно в R&D, то разницы между вузами нет. Аспирантура – это больше про взаимодействие аспиранта и научного руководителя, а не университетов.

Но для меня двойной диплом имел принципиальной значение. Как раз в то время, когда я задумывался о поступлении, прогремел Диссернет, и было обнаружено множество липовых диссертаций. И всё же ключевым моментом для меня стало понимание того, что степень кандидата наук в Европе работодатели не воспринимают всерьёз. Одним словом, PhD – это тот своеобразный гарант, что диссертация будет выполнена качественно. Поэтому я и шёл именно за двойной аспирантурой. Из дополнительных плюсов двойной диплом – это, конечно, возможность пожить в другой стране, увидеть европейский подход к обучению и более простое трудоустройство в зарубежную компанию.

Обучения в классическом понимании здесь нет. Если в России у аспирантов есть пары (их немного, но они есть) и показатели (написать N статей за полгода), то во Франции ничего этого нет. Ты просто работаешь с научным руководителем и выполняешь задачи которые он даёт – это и есть обучение. Решение о переводе на следующий год строится на основе отзыва руководителя о твоей работе. В конце обучения ты защищаешься, как и в России. Но если в России форма превалирует над содержанием, то во Франции на защите смотрят именно на содержание и суть работы.

Как и в России, тут всё зависит от специальности и научного руководителя. В моём случае 90% работы – это изучение алгоритмов, сбор данных и анализ. У геологов или, например, медиков аспирантура может проходить совсем по-другому.

Что удивило – бюрократии во Франции довольно много, но она не такая принципиальная как в России. Опечатки в большинстве бумаг можно смело исправлять ручкой прямо перед принимающим. За подтверждение чего-либо подходят распечатки электронной почты, скриншоты переписки, чеки и прочие бумаги, которые в России даже не подумаешь представить как доказательство. Печати французы ставят только на очень важных документах (например, на соглашении о поступлении), а в 99% требуется только подпись. Франция напоминает коммунизм. Это и есть основная трудность. Например, сетевым магазинам нельзя работать после восьми вечера. А ещё им нельзя работать в воскресенье – есть такой закон. Поэтому, если вы прилетели в Тулузу в воскресенье, то будьте готовы поголодать. Это не распространяется на мелких предпринимателей, но их очень мало.

Другая большая проблема – это отсталость IT сферы. Например, в то время как у нас банкоматы учатся распознавать лица, во Франции банкоматы не принимают деньги и работают 5 часов в день со вторника по субботу. Интернет намного медленнее и намного дороже, чем в России. Гугл карты не работают и приходится пользоваться локальными, которые очень неудобны (возможно, французы просто запретили Гугл работать у них). В целом ощущение, что вернулся в 2005 год. Конечно, всё это относительно. Например, тут метро без водителей и вообще без персонала – всё работает автоматически, а улицы спроектированы так, что лужи или грязь не могут образовываться. Словом, жизнь во Франции в чём-то лучше, а в чём-то хуже. Тут зависит от человека и его привычек.

Ещё у меня есть возможность изнутри взглянуть на альтернативную систему образования и почувствовать её плюсы и минусы. Например, в России у учёных маленькая зарплата, но большие деньги с грантов. Во Франции большая зарплата, но деньги с грантов они не получают вообще. Во Франции полная нетерпимость к любому виду мошенничества – за списывание на экзамене отчисляют без разговоров. Ещё французы работают очень медленно, для них высокое качество важнее скорости. Есть гендерный аспект: девушкам немного проще получить грант или поступить. Сами институты очень автономны, например, полиция не может заходить на его территорию без разрешения и большинство проблем решаются непосредственно администрацией университета. Сама доступность образования во Франции - на уровне национальной идеи, и, как результат, поступить очень легко. Но так как очень много людей поступают даже без самых элементарных знаний, очень многих и отчисляют.

У университетов здесь хорошая материальная база, и получить доступ, скажем, к суперкомпьютеру проще, чем в России. В России необходимо либо чтобы в вашем вузе такой был, либо чтобы научный руководитель имел связи с теми, кто имеет к нему доступ. Во Франции все научные лаборатории объединены в научный центр CNRS, и вы можете запросить доступ к оборудованию другого института.

То же самое и с возможностью поработать со специалистами, которых по какой-то причине нет в вашем университете. Это, наверное, один их главных плюсов, так как вас обучают сразу два очень разных типа специалистов с разными критериями. Ну, и, конечно, просто возможность пожить в другой стране. Это скорее испытание, чем приятное времяпрепровождение, но опыт есть опыт.

Что успел понять о разнице менталитетов: русские очень индивидуальны и всегда говорят прямо, а французы любят решать проблемы сообща, и очень мягко говорят что что-то сделано плохо. Иногда это доставляет неудобства, так как приходится вытягивать из них хоть какую-нибудь критику. Но это в академической среде. В обычном бытовом плане мы похожи, и я удивлён, насколько сильно похожи. Всё-таки мы все европейцы. Разве что французы действительно любят вино, шарфы, багеты и вкусно поесть. Если бы я учился в Китае или Африке, то мог бы рассказать больше.

В плане ИБ: у французов направленность на частный сектор, в то время как в России – на государственный. Когда говоришь с французами о перспективах исследования, то в ход идут рассуждения о том, каким компаниям это будет полезно, в то время как в России все разговоры в основном о государственных структурах. Но в целом тенденции исследований похожи. Как-никак тренды исследований, связанных с безопасностью, во всём мире одни и те же.

 

[1] PhD – это учёная степень, которую можно полностью расшифровать как Doctor of Philosophy. Это учёная степень, присуждаемая на Западе, а также в некоторых странах бывшего СССР, в частности в Казахстане и Украине. Является последней ступенью образования, поэтому иногда степень переводят как «доктор наук», однако наша докторская диссертация по требованиям более сложная и фундаментальная работа. То есть PhD – это где-то посередине между нашим кандидатом и доктором.

Стать автором BIS Journal

Смотрите также

Подписаться на новости BIS Journal / Медиа группы Авангард

Подписаться
Введите ваш E-mail

Отправляя данную форму вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности персональных данных

01.03.2024
Банки будут строже следить за криптотранзакциями, связанными с дропперами
01.03.2024
Холода прошли, но голос берегите — скамеры усиленно собирают слепки
01.03.2024
Лишение банковской лицензии — это ещё не всё
01.03.2024
«Они подобны смартфонам на колёсах». В США проверят «умные» авто из Китая
01.03.2024
Набиуллина: Дважды «красные» клиенты будут исключаться из реестра
01.03.2024
Банк России усовершенствует платформу цифрового рубля
01.03.2024
Организации здравоохранения США стали жертвами массовых кибератак
29.02.2024
«ИнфоТеКС» — о проблемах стандартизации ИБ
29.02.2024
Почему нормативные акты выполняются формально
29.02.2024
Почему затянулся переход на российские решения

Стать автором BIS Journal

Поля, обозначенные звездочкой, обязательные для заполнения!

Отправляя данную форму вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности персональных данных